Правозащитники сообщили, что ФСБ систематически снимает постановочные кадры задержаний и признаний.
В исследовании отмечается, что такие ролики снимаются на поток, и значительная часть сцен оказывается постановочной.
Авторы утверждают, что эти видеоролики служат запугиванию недовольных, демонстрации силы силовых структур и навязыванию своей версии событий. В работе изучено около 70 уголовных дел, возбужденных после начала войны, в которых упоминались записи силовых структур.
По подсчетам исследователей, к середине 2026 года упоминания ФСБ в телеграм‑каналах и крупных медиа о таких видео возросли в 2–3 раза по сравнению с довоенным периодом, а доля материалов с видео почти удвоилась.
В роликах повторяются одни и те же сцены: оперативная съемка, задержание, обыск, перевозка задержанного и его признание. Кадры задержания и признания встречаются почти в двух третях материалов. Оперативную съемку правозащитники нашли лишь в шести роликах, и, по их данным, эти дела чаще всего основаны на провокации.
Признаки постановки, по оценке Мемориала, встречаются примерно в четверти сцен задержания. В качестве примера приводят дело рязанского анархиста Руслана Сидики, осужденного за подрыв железной дороги и нападение на военный аэродром. По словам самого подсудимого, полицейский якобы пригласил его в отдел; на видео задержание выглядело как будто происходило между гаражами, после чего он рассказывает, как его завербовали. В суде Сидики говорил, что ролик сняли на следующий день после реального задержания в другом отделе полиции, а текст диктовали между дублями; по его словам, его всю ночь избивали и пытали током.
Еще один пример — волонтера Красного Креста из Херсона, которого в январе приговорили к 14 годам по делу «херсонской девятки». На съемку задержания его вывели примерно через месяц после реального ареста. Ему выдали чистую одежду и попросили пройти по улице, после чего он должен был упасть так, чтобы не повредить лицо. Съемку сделали с первого дубля.
Признания на камеру часто записывают повторно и меняют текст. Граффити‑художник из Евпатории, осужденный за антивоционную акцию, рассказывал, что его «извинение» переписывали как минимум пять раз; если раскаяние казалось начальству неискренним, его снова избивали.
Отснятые записи используются и для давления на родственников задержанных; авторы доклада считают такое видеопродакшн продолжением пыток, применяемых в силовых структурах.
Кадр из материалов силовых структур.
